Гор Видал и Труман Капоте. Фото: Getty Images / Ulf Andersen / CNN. Коллаж: Саша Пожиток, Букмейт
Гор Видал и Труман Капоте. Фото: Getty Images / Ulf Andersen / CNN. Коллаж: Саша Пожиток, Букмейт
Катерина Рубинская |

«Украл 3 тысячи слов из книги моей жены»: из-за чего ссорились писатели

Как Диккенс пожалел, что позвал Андерсена в гости, Драйзер надавал пощечин Льюису, а Капоте распускал неприличные слухи о Видале

Великие писатели зачастую не любили своих коллег по цеху, а иногда это еще и приводило к открытым конфликтам. Рассказываем о том, как Теодор Драйзер отвесил несколько пощечин Синклеру Льюису, Ганс Христиан Андерсен раздражал своими рыданиями Чарльза Диккенса, а сестры Антония Байетт и Маргарет Дрэббл ссорятся из-за литературных успехов и описания фамильной посуды.

Джордж Гордон Байрон и Джон Китс

Два поэта эпохи романтизма относились друг к другу с неприязнью. Рожденный в бедной семье Китс презирал Байрона, считая, что тот обязан своей славой исключительно высокому происхождению. Поэзия в то время считалась уделом аристократии — писали стихи в основном представители высшего класса, и они же хвалили друг друга, а на творчество людей из низов не обращали внимания. Как-то раз, услышав хвалебную рецензию на стихи Байрона, Китс с досадой воскликнул: «Вот что бывает, когда ты лорд и ростом шесть футов!» (почти 183 см) Байрон же, известный своим снобизмом, тоже недолюбливал Китса — правда, у него были к коллеге чисто эстетические претензии, поскольку они писали в разном стиле.

Вместе с тем, узнав о смерти Китса от другого известного поэта Перси Шелли, Байрон отреагировал с сочувствием: «Правду ли мне пишет Шелли, что умер бедный Джон Китс? Очень жаль, хоть он и избрал неверный путь как поэт». Там же, в переписке, он похвалил поэму Китса «Гиперион» и раскритиковал издание Quarterly, как раз накануне выпустившее разгромную рецензию на его стихотворения. Комментарий на тему появился в поэме Байрона «Дон Жуан», где он заявил, что Китса «критика убила»:

«…Бедняга Китс! Что ж, поздно горевать.
Как странно, что огонь души тревожной
Потушен был одной статьей ничтожной».

(Перевод Т. Гнедич)

Эрнест Хемингуэй и Уильям Фолкнер

Эрнест Хемингуэй и Уильям Фолкнер. Фото: Carl Van Vechten / Библиотека Конгресса. Коллаж: Саша Пожиток, Букмейт
Эрнест Хемингуэй и Уильям Фолкнер. Фото: Carl Van Vechten / Библиотека Конгресса. Коллаж: Саша Пожиток, Букмейт

Два американских писателя и лауреата Нобелевской премии (Фолкнер — за вклад в развитие американского романа, Хемингуэй — за мастерство в искусстве повествования, продемонстрированное в повести «Старик и море») не были знакомы лично и, скорее всего, никогда не встречались. Это не помешало им выяснять отношения в письменной форме.

Во время визита в Университет Миссисипи в 1947 году Фолкнера попросили назвать величайших писателей среди современников. На четвертое место он поставил Хемингуэя, причем с довольно уничижительным комментарием: мол, ему не хватает творческой смелости, а еще он никогда не использует слово, за которым читателю пришлось бы полезть в словарь. Когда же его попросили уточнить, куда в этом рейтинге он поставил бы себя, он выбрал второе место — после покойного романиста Томаса Вулфа (таким образом фактически объявив себя главным из живших в то время литераторов).

Хемингуэй в долгу не остался и прошелся по любви Фолкнера к «сложным словам» — по его мнению, тот совсем исписался в результате своего алкоголизма. Позже они обменялись письмами, где уточнили свои слова и вроде бы примирились, но Фолкнер свой рейтинг лучших писателей так и не пересмотрел.

Гор Видал и Трумен Капоте

Оба американских автора отличались скандальным и злопамятным характером. Гор Видал ненавидел многих писателей и часто язвительно критиковал их произведения. Трумен Капоте не отставал — например, он так и не смог простить своей подруге Харпер Ли то, что она получила Пулитцеровскую премию за книгу «Убить пересмешника» и стала богаче и популярнее. И хотя Ли помогла ему с работой над суперпопулярным романом «Хладнокровное убийство», Капоте даже не упомянул ее в списке благодарностей, чем очень ее обидел.

И тем не менее Видал и Капоте сильнее всего ненавидели именно друг друга. Их первые успешные романы вышли в одном и том же 1948 году — «Другие голоса, другие комнаты» у Капоте и «Город и столп» у Видала. Но когда в популярном журнале Life опубликовали материал о новом поколении талантливых писателей, его сопровождала крупная фотография Капоте и мелкий снимок Видала, что очень обидело последнего. С тех пор Видал регулярно отпускал колкости в адрес Капоте, а тот не оставался в долгу, пока дело не дошло до суда.

Гор Видал всю жизнь вдобавок к литературной карьере занимался политикой, к тому же он был дальним родственником Жаклин Кеннеди. Поэтому его неимоверно разозлило, что Капоте стал распускать слухи о том, как Видала якобы выставили из Белого дома за неприличное поведение. Разгневанный автор подал в суд за клевету и выиграл дело. А в 1984 году, услышав, что Капоте скончался, Видал съязвил: «Отличное карьерное решение».

Теодор Драйзер и Синклер Льюис

В 1930 году Нобелевскую премию по литературе получил писатель Синклер Льюис. Он стал первым американским лауреатом премии, но не все восприняли эту новость радостно — Теодор Драйзер, который рассчитывал на победу, был крайне раздосадован. На счету Драйзера тогда уже было множество любимых критиками и читателями книг — «Сестра Керри», «Финансист», «Титан», «Стоик» и другие, но шведская академия предпочла его конкурента.

Некоторое время спустя авторы оказались на одном торжественном ужине, где Драйзер поздравил Льюиса, но тот ответил невежливо, в результате чего между ними завязалась перепалка. Льюис, которого попросили произнести речь, заявил:

«Мне не хочется ничего говорить в присутствии человека, укравшего 3 тысячи слов из книги моей жены, а также в присутствии литературных критиков, жаловавшихся, что я получил Нобелевскую».

В ответ на это Драйзер отвесил Льюису несколько пощечин, после чего писателей пришлось разнимать. Но что имелось в виду под воровством? Несколькими годами ранее Драйзера публично обвинили в плагиате: якобы в своей книге «Драйзер смотрит на Россию» он заимствовал часть материала из книги жены Льюиса, журналистки Дороти Томпсон «Новая Россия».

Чарльз Диккенс и Ганс Христиан Андерсен

Эти два автора познакомились в Англии в 1847 году. Чарльз Диккенс уже был литературной звездой, и Ганс Христиан Андерсен, еще не ставший знаменитостью, был в восторге от возможности встретиться со своим кумиром. После встречи Диккенс, растроганный вниманием поклонника, отправил ему письмо и несколько своих книг в подарок, о чем впоследствии сильно пожалел — Андерсен продолжал активно писать ему следующие девять лет. 

Из переписки Диккенса с друзьями ясно, что энтузиазм Андерсена его крайне раздражал, поэтому как-то раз он попытался завершить общение неискренним предложением заехать в гости, если тот будет в Англии. Андерсен сарказма не понял и три месяца спустя явился в дом семьи Диккенс погостить. Он задержался на пять недель, и об этом визите Диккенс и его домашние вспоминали с ужасом — Андерсен с трудом говорил на английском и все время стремился быть в центре внимания. А искренность и чувствительность датчанина, рыдавшего по любому поводу, очень раздражала Диккенса, который сам переживал не лучшие времена из-за провала своей новой книги «Крошка Доррит».

Впрочем, Диккенс уж точно не повел себя как хороший хозяин — напротив, он всем и каждому жаловался о том, сколько неудобств ему доставил этот визит. В результате отношения между авторами предсказуемо разладились после отъезда Андерсена на родину. Есть предположение, согласно которому именно Андерсен стал в итоге прототипом Урии Хипа, одного из самых неприятных диккенсовских героев из романа «Дэвид Копперфильд».

Чимаманда Нгози Адичи и Акваеке Эмези

Две нигерийские писательницы не сошлись во взглядах на трансгендерность. Чимананда Адичи — лауреатка Women’s Prize for Fiction за роман «Половина желтого солнца». Акваеке Эмези — бывшая ученица Адичи, которая стала первой трансгендерной и небинарной персоной, номинированной на Women’s Prize for Fiction за книгу «Пресная вода». 

Адичи известна своими феминистскими взглядами и активно поддерживает ЛГБТ-сообщество в Африке. Однако в последнее время писательницу неоднократно обвиняли в трансфобии: сначала она сообщила, что «трансженщины — это не женщины», а позже выразила поддержку Джоан Роулинг, назвав трансфобные взгляды писательницы «совершенно логичными». Среди тех, кто критиковал Адичи, оказалась Акваеке Эмези, знающая о консервативности взглядов британского литературного сообщества не понаслышке. Ранее в знак протеста она отозвала свою кандидатуру из списка номинантов на Women’s Prize for Fiction, поскольку организаторы попросили ее предоставить документы с указанием на «приписанный при рождении пол».

После того, как Эмези выступила против бывшей наставницы, недовольные поклонники Адичи начали писать ей язвительные комментарии в соцсетях. Сама же Адичи решила ответить открытым письмом, где возмутилась поведением «некоторых бывших учеников» и раскритиковала «культуру отмены». По ее мнению, Эмези не борется за права трансгендерных людей, а просто решила таким образом сделать себе рекламу.

Антония Байетт и Маргарет Дрэббл

Ситуацию этих двух писательниц можно назвать одновременно курьезной и трагической. Антония Байетт и Маргарет Дрэббл — родные сестры, которых растили в атмосфере конкуренции. На двоих у сестер почти 20 литературных наград, обе признаны критиками и читателями. Но Дрэббл была любимицей их матери, преуспевала в учебе, первой опубликовалась и уже в 1960-е начала выигрывать литературные премии. Она утверждала, что из них двоих только Сью (второе имя Байетт) всегда хотела писать — у нее же самой это получилось случайно, и, видимо, поэтому сестре тяжело ее простить. Байетт соглашается: по ее словам, не желай она так сильно стать писательницей, она бы просто сдалась, увидев успех сестры.

В 1967 году Байетт написала роман под названием «Игра», где преобладали автобиографические мотивы: книга описывала сложные отношения двух сестер, которые вступали в конфликты из-за провокаций их матери. Дрэббл обиделась, но не за себя: «Я бы предпочла, чтобы другие люди не читали о какой-то чужой версии нашей матери». Позже Дрэббл невольно отомстила тем, что в одной из своих книг она описала принадлежавший семье чайный сервиз, что очень раздосадовало Байетт — та хотела использовать описание сервиза сама.

К 1990-м уже Байетт стала популярнее своей сестры, получив Букеровскую премию за роман «Обладать». Утверждается, что Дрэббл поставила 100 фунтов на выигрыш сестры — якобы для того, чтобы в этой ситуации для нее самой было хоть что-то приятное. В более поздних интервью сестры стали утверждать, что журналисты слишком раздули их вражду и на самом деле между ними типичное «семейное соперничество». Тем не менее они до сих пор не общаются и не читают книг друг друга.

картинка банера
Bookmate Review — такого вы еще не читали!
Попробовать

Читайте также:

Кадр из фильма «Барышня и хулиган» с Владимиром Маяковским в главной роли. Режиссер Евгений Славинский, 1918 год. Источник: youtube.com Писатели Маяковский, Есенин, Хемингуэй и другие: редкие видео с писателями Иван Бунин выступает с речью, Агата Кристи рассказывает о мисс Марпл, Джон Толкин раскрывает секреты «Хоббита» Невский проспект в 1921 году. Источник: russiainphoto.ru Писатели С новым, 1922-м: что делали писатели 100 лет назад на новогодних праздниках Бунин ходит в кино на «Трех мушкетеров», Горький делает подарки управляющему бассейном, а Набоков разыгрывает свою мать Фрагмент иллюстрации с обложки книги «Друд, или Человек в черном» Дэна Симмонса. Источник: chapters.indigo.ca Писатели Диккенс — наркоман, а Конан Дойл — сыщик: кем становились писатели в чужих книгах Прогулки по трущобам, борьба за освобождение невинно осужденного и Дэвид Фостер Уоллес в образе солиста Guns N’ Roses Кадр из фильма «Доктор Мабузе, игрок». Режиссер Фриц Ланг, 1922 год. Источник: gialli.it Писатели Призывали ангелов, разговаривали с планетами и читали заклинания: писатели, которые верили в магию Тайные ордена, спиритические сеансы и магические ритуалы на страницах книг Фрагмент афиши фильма Ferrante Fever («Лихорадка Ферранте»), реж. Джакомо Дурци, 2017. Источник: imdb.com Интервью Кто скрывается под именем Элены Ферранте: слухи и научные доказательства А также почему мировой бестселлер в самой Италии сначала не считали хорошей литературой Мэрилин Монро и Артур Миллер в 1957 году. Фото: Richard Avedon, marilyn-rare-and-candid.skyrock.com Истории 5 драматичных историй любви писателей. От Эмили Дикинсон до Эрнеста Хемингуэя Тайные побеги, запретная страсть и при чем здесь Мэрилин Монро
Мы используем куки, чтобы вам было удобнее пользоваться Bookmate Journal. Узнать больше или