Мы используем файлы Cookies для улучшения качества работы сайта Bookmate Journal. Вы можете Узнать больше или
Обложка книги Николая Эппле «Неудобное прошлое», издательство «Новое литературное обозрение»
Обложка книги Николая Эппле «Неудобное прошлое», издательство «Новое литературное обозрение»
Федор Агапов |

Ответственность и вина — не одно и то же. Что мы узнали из книги «Неудобное прошлое»

Почему Германии понадобилось больше 30 лет, чтобы осмыслить нацистское прошлое

В народном голосовании премии «Просветитель» победила книга исследователя мемориальной культуры Николая Эппле «Неудобное прошлое», где он изучает, как общества в разных странах прорабатывали тему государственных преступлений в своей истории. Мы прочитали книгу и пересказываем основные тезисы об осмыслении прошлого из опыта Германии.

Нюрнбергский миф

Эппле делает на Германии особый акцент: именно немецкий опыт стал образцом формирования памяти о трагических событиях прошлого. Нюрнбергский трибунал вообще считается символом правосудия и морального торжества правды над злом. Однако, пишет автор, на самом деле все обстояло несколько сложнее:

«Реальные плоды Нюрнберга и реальное отношение к нему современников сильно отличались от блестящего „Нюрнбергского мифа“».

Нюрнбергский процесс проходил сразу же после войны в 1945–1946 годах, и даже после него немецкое общество было еще крайне далеко от какого-либо консенсуса по поводу нацистского прошлого. Все 1950-е годы популярностью пользовалась доктрина «оставить прошлое позади», согласно которой общество производит некий разрыв со своим прошлым, рисует перед ним финишную черту и начинает жизнь сначала. В первые же послевоенные годы большинство немцев и вовсе выказывало нейтральное отношение к нацистскому режиму, считая главными жертвами войны в первую очередь самих себя.

Эппле объясняет это тем, что в Нюрнберге вся моральная работа по осуждению нацизма выполнялась представителями союзных стран — СССР, США, Великобритании и Франции. То есть справедливость устанавливалась тогда извне, при помощи внешних сил. И хотя Нюрнбергский процесс помог рядовым немцам уяснить, что виновные в страшных преступлениях найдены и наказаны, он никак не затрагивал тему ответственности всего германского общества перед жертвами нацизма.

Международный военный трибунал на Нюрнбергском процессе представляли восемь судей из СССР, США, Великобритании и Франции. Источник: Мемориальный музей Холокоста, США / ushmm.org
Международный военный трибунал на Нюрнбергском процессе представляли восемь судей из СССР, США, Великобритании и Франции. Источник: Мемориальный музей Холокоста, США / ushmm.org

О реальном осмыслении нацизма в Германии можно говорить лишь в контексте уже 1970-х годов — когда при смене поколений тема преступлений прошлого перестала интересовать только интеллигенцию и стала частью массовой культуры. Символом этой перемены Эппле называет прокат фильма «Холокост», который на момент его выхода в 1978 году посмотрели 48% жителей Западной Германии. В этот же период изучение истории нацистских преступлений стало обязательным элементом школьной программы, а немецкий парламент отменил сроки давности преследований за геноцид евреев.

Ошибка подхода, при котором прошлое без всякого осмысления остается позади, заключается в том, что любое случайное соприкосновение с этим самым прошлым будет бередить старые незажившие раны и вызывать дискомфорт. Эппле пишет, что по своим последствиям такой способ работы с прошлым имеет много схожего с его отрицанием, «которое обрекает индивида и социум на существование <…> в постоянном опасении и оглядке, как бы не вскрылось что-то такое, о чем не хочется помнить и вспоминать».

Кадр из фильма «Холокост» с Мэрил Стрип в главной роли, реж. Марвин Чомски, 1978
Кадр из фильма «Холокост» с Мэрил Стрип в главной роли, реж. Марвин Чомски, 1978

Чтобы избежать этого, Эппле предлагает вместо финишной черты перед страшными событиями прошлого проводить черту разделительную. То есть не пытаться забыть о прошлом, а, наоборот, установить с ним связь, но только в ином качестве — принять его. Эппле руководствуется здесь идеями из психологии памяти — дисциплины, которая фокусируется на отдельных людях. В ней принятие понимается как готовность человека, не отворачиваясь, посмотреть на трудные для осознания события и факты:

«Только осмыслив и приняв травматическое событие, можно без риска для психики жить дальше».

Ответственность — не вина

Несмотря на то что Нюрнбергский трибунал помог наказать многих преступников, он все равно не снимает вопрос о самостоятельной проработке прошлого теми, кто не был непосредственным участником тех событий. Говоря о том, как потомки жертв и преступников, живущие в одном обществе, могли бы обсуждать прошлое, Эппле предлагает:

«Переместиться с позиции внешнего наблюдателя, обвиняющего, на позицию участника, принимающего ответственность».

Само понятие «ответственность» можно понимать по-разному. Первое понимание — как раз что-то вроде вины, когда нести ответственность — значит, например, предстать перед судом. Но есть и вторая трактовка, когда под ответственностью понимаются нравственные обязательства, которые берет на себя отдельный человек или целое общество, причем добровольно и самостоятельно. В основном эти обязательства — делать все возможное, чтобы не позволить произошедшим преступлениям повториться вновь.

Пример такого подхода виден в словах Дженнифер Тиге — дочери нигерийца и немки, которая однажды узнала о том, что ее дедушка был комендантом концлагеря (ее дедом был Амон Гёт по прозвищу «мясник из Плашова», которого сыграл Рэйф Файнс в фильме «Список Шиндлера». — Прим. ред.). Разумеется, она не виновата в преступлениях предка, но в своей книге «Мой дедушка бы меня расстрелял» она пишет о том, что по-прежнему берет на себя моральные обязательства в контексте преступлений ее родственников:

«Моя ответственность единственно в том, чтобы не переставать говорить об этом».

Не молчать о преступлениях в истории своей страны, не скрывать свершившегося зла — единственный способ, с помощью которого потомки как жертв, так и палачей могут справиться с «неудобным прошлым». И это важно в том числе и с политической точки зрения, ведь для сохранения коллективной идентичности нации нужно спасение не только позитивного, но и негативного опыта. Часто это даже лучше сплачивает людей, усиливает их чувство сопричастности к истории страны. Если же этого не делать, сознание неосужденного, необговоренного зла будет блокировать связь с прошлым и раскалывать общество, делить его на изолированные группы с собственной историей и собственной этикой. В такой ситуации обществу будет сложнее развиваться, а людям внутри этого общества — доверять друг другу.

Что еще почитать о работе с коллективным прошлым:

картинка банера
Bookmate Review — такого вы еще не читали!
Попробовать

Читайте также:

Полиция арестовывает английскую суфражистку, протестовавшую против ущемления прав женщин в 1907 году. Источник: Museum of London / Getty images Книги Закон о заразных заболеваниях: как в Европе начала ХХ века женщин подвергали унизительным процедурам «Фигуры света» Сары Мосс: отрывок Иллюстрация: Саша Пожиток, Букмейт Книги О героизме перед лицом чудовищной реальности: разбираем роман Линор Горалик «Имени такого-то» Врачи и пациенты советской больницы в фантасмагорическом кошмаре Источник: Daily Mail / Getty Images. Коллаж: Саша Пожиток Истории На завтрак пили пиво, а детей заставляли работать с пяти лет: факты о викторианской Англии Специальный колотильщик вместо будильника, презервативы из овечьих кишок и дрова как непозволительная роскошь Коллаж из двух фотографий — взрыв в Нагасаки и церковь Ураками. Источник: Google Arts / Nagasaki Atomic Bomb Museum / Shigeo Hayashi / Hiromichi Matsuda. Дизайн: Саша Пожиток, Букмейт Книги «Колокол Нагасаки»: врач рассказывает о людях, переживших ядерный взрыв Очевидец страшных событий — о хижинах на пепле и лучевой болезни Фото: Саша Пожиток, Букмейт Книги «Мы советуем эту книгу потому, что сейчас самое главное — оставаться человеком». Выбор издателей Рекомендации психотерапевта, детектив про Тюдоров и дети, побеждающие несправедливость Источник: Британская библиотека / flickr.com. Коллаж: Саша Пожиток, Букмейт Истории 10 мифов о загробном мире: превращение в бабочек, адские слоны и работа после смерти Китайцы отправляли деньги умершим, славяне вселялись в мух. Что мы узнали из книги «Вокруг того света»